Потустороннее со смыслом и без

— Что-то я так устала, будто занималась чем-то серьезным… — пробормотала я, отворачиваясь от монитора.

— Таааак, — раздался бодрый голос за моим левым плечом. — Острый приступ бессмысленности существования? Записываем…

— А с чего ты взял про бессмысленность? — нахмурилась я. — Вроде ничего такого, просто…

— Просто что? — черт устроился на подлокотнике моего кресла и по-хозяйски отхлебнул остывший чай из моей кружки. — Ты же сама только что признала, что ничем серьезным не занималась. Но при этом устала. Следовательно…

chert

— Ммм? — с интересом повернулась к нему я.

— Что «ну»? — нахохлился черт, а потом заговорил скороговоркой. — Очевидно же! Утрата смысла ведет к упадку жизненных сил, а он, в свою очередь, к беспричинной усталости!

— Хм, — я вздохнула. — Ерунду говорить изволите, нечистый. Нет никаких логических связок в твоем рассуждении. Непонятно, почему утрата смысла ведет к упадку жизненных сил. Смысл — это ведь такой дополнительный груз, который приходится тащить. И еще и свои действия им нагружать. Без смысла легче должно быть.

— А вот и нет! — вякнул черт и замолчал, нервно подергивая хвостом.

— Да ладно, — махнула рукой я. — Я тоже ерунду горожу всякую, алогичную и бессмысленную. Устала просто. И смысл этот еще…

— Ага, все-таки связано что-то со смыслом! — встрепенулся черт.

— Связано, — я пожала плечами. — Наверное. Только не со смыслом жизни а со смыслом текста. В каждом тексте должен быть смысл. А я этих текстов написала за сегодня… Что-то много…

— Хм, — черт изобразил на морде задумчивость. — Кстати, моему диагнозу это никак не противоречит. Допустим, у тебя есть некоторое количество смысла. И несколько бессмысленных текстов, которым нужно придать смысл. И для этого тебе приходится отрезать для каждого текста кусочек от своего смысла. А когда твоего смысла становится мало, наблюдается упадок жизненных сил, и…

— Эй-эй, подожди! — я помотала головой, в которой от обилия всяких смыслов прямо-таки помутилось. — Так почему утрата смысла ведет к упадку жизненных сил? Чем это доказывается?

— Ничем, — насупился черт. — Это аксиома.

— Вот как… — мне захотелось вздохнуть, но я не стала.

— Слушай, ты вроде недавно думала в Москву слетать, а? — вдруг сменил тему черт.

— Да? — я потерла виски пальцами, пытаясь привести воспоминания в порядок.

— Точно-точно, ты собиралась! — затараторил черт. И даже тебе туда надо, пора и необходимо. А то утрата смысла — это такая дрянная штука, ууу! Хочешь, я тебе рейс найду подходящий? Или вот хорошее такси до Выхино. Не на автобусе же ты из аэропорта поедешь, да?

— Выхино? Черт, а тебе зачем в Москву? — удивилась я. — Ты разве сам не можешь там в любой момент оказаться?

— Ну могу, конечно, — замялся черт. — Просто там одно… эээ… мероприятие будет. На которое можно попасть, только если у твоего приезда есть смысл. А если ты будешь в Москве, то и…

— Тссс, — я прищурилась. — Так у мероприятия же есть дата. А тебе, получается, все равно, когда я туда поеду?

— Ой, эти ваши условности, даты-шматы! — черт махнул лапой. — Не имеет смысла дата, понятно тебе?

Черт соскочил с подлокотника, но на пол уже не приземлился, потому что по дороге растворился в воздухе. Я вздохнула и снова подвинулась к монитору. И тут телефон пискнул смс-кой. «А про Москву ты все-таки подумай, ладно?» Обратный номер не определен. Хорошо, черт. Я подумаю…

Похожие записи

This entry was posted in Про черта. Bookmark the permalink.
Хотите получать обновления Территории Ванессы Ли на электронную почту?

Введите ваш email:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *