Завтрак без галстука.

Завтрак — это святое. Если не позавтракать до обеда — день, считай, испорчен.

Сегодня я налила себе чай, взяла вилку и только нацелилась ей на аппетитный кусочек рыбки, из под дивана, отфыркиваясь и морщась вылез… домовой. Он отряхнул пыль со своей рубашки в клеточку, одернул линялые джинсы, пригладил растрепанную соломенную шевелюру и устроился рядом со мной, буркнув недовольно: «Подвинься, расселась тут…»

Пока я ошалело взирала на моего гостя, он уже налил себе чаю, пододвинул поближе тарелку с кусочками рыбы, и уцапал булочку. потом достал откуда-то из кармана вилку и вырвал у меня из рук газету.
— Эээ… — чтобы как-то начать разговор, протянула я.
— Слушай, — отшвыривая газету в угол, заявил мой утренний гость. — Нам, домовым, никогда вас, людей, не понять. Всех этих ваших карьеризмов, духа соревнований, стремления к лучшей жизни… У нас это все называется одним простым словом — ЗАВИСТЬ.
— Да ну, почему же это стремление к лучшей жизни — это зависть? Если мне, например, хочется, вместо тряпок с базара одеваться в вещи из бутиков, а вместо стиральной машинкаи «Сибирь» иметь «Индезит»? Или обедать не в буфете на втором этаже, а в соседнем «Неаполе»?

— А откуда ты взяла, что такая жизнь лучше той, которая у тебя есть, а? И что тебе будет лучше, если ты будешь кушать итальянский хавчик вместо картошки с котлетой? Не-ет, дорогая моя! Тебе не будет лучше, во всяком случае, ты этого знать никак не можешь — будет тебе лучше или нет. Зато ты точно знаешь, что вот та фифа, которую ты встречаешь по дороге на работу, одета от бутика и кушает в «Неаполе», вот ты ей и завидуешь!

— Какая фифа? — опешила я.

— Ну можно подумать, что никаких фиф мимо тебя никогда не ходит, — сварливо проговорил домовой. А потом неожиданно заорал:

— Да неважно, завидуешь ты конкретной известной тебе фифе, или по телевизору ее видела!

Пока я хлопала глазами, обдумывая его слова, домовой выхватил у меня из-под носа последний кусок рыбы, и уже гораздо более доброжелательным голосом продолжил:

— Зависть вами движет, точно тебе говорю. Только зависть и ничего кроме нее. Все беды ваши от нее!

— Подожди, — наконец я перестала тупить и решила поспорить. — Ладно, допустим, зависть — наша самая большая беда. Но ведь тогда получается, что и самое большое счастье тоже. Если бы не стремление человека к знаниями (о’кей, пусть от зависти к другим умникам), то не произошло бы великих открытий. Вот у вас, домовых, что-нибудь изменилось с начала начал, кроме того, что вы из домов в квартиры переехали.

Домовой пожевал губами. Помом заглянул в свою опустевшую чашку, потом ответил:

— А зачем? Мы живем как на судьбою положено — одни во дворцах вон, в хоромах, а я вот… у тебя. Какой смысл мне подсиживать скажем, Епифана из коттеджа краснокирпичного, если я себя там все равно чужим буду чувствовать, а? Мне плохо там будет, понимаешь? А коттеджу этому со мной будет плохо. А вы всегда стремитесь иметь то, чего вам не надо на самом деле. И беды ваши все отсюда…

Он поднялся, деловито вытер вилку об штаны, пресек ммой законный вопрос о том, что написано в моей судьбе, потоптался на месте и полез снова под диван. Напоследок сказал:

— Ты бы порядок навела, а?

Похожие записи

This entry was posted in Игра в слова, Просто дневник and tagged . Bookmark the permalink.
Хотите получать обновления Территории Ванессы Ли на электронную почту?

Введите ваш email:

2 Responses to Завтрак без галстука.

  1. sofa_mitru says:

    Ну так чё, порядок-то навела?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *